Не только люди тянутся в города.

   	Над Москвой, на уровне верхушек деревьев, 

чердаков, электрических проводов, чуть ниже и 

чуть высше идет паралельная нашей жизнь. Мы 

замечаем ее лишь ранним утром, когда нас будят 

голоса, доносящиеся из этого мира.

   	Люди слишком заняты собой, чтобы 

обращать внимание  на птиц. Птицы тоже слишком 

заняты своей жизнью, отделенной от человеческого 

мира. Это город. Здесь живут городские люди - и 

городские птицы.

   	Они не похожи на лесных собратьев. Это 

другие виды, существа с иной внешностью и 

повадкой. Лес для них закрыт, они не могут жить 

без города. Мегаполис, дающий  тепло и пищу, не 

только подчинил себе их жизнь - но, как странный 

магнит, выманивает  сородичей из подмосковных 

лесов. В третьем поколении это уже городские 

птицы.

   	В глазах птиц отражается  городской ритм. 

Они живут и умирают быстрее людей - и быстрее 

чувствуют перемены. По ним точнее, чем по людям 

можно определить совершающуюся историю 

города.

   	Голуби - птицы благополучных имперских 

столиц. Голубь мира Пикассо, голуби Рима. Перед 

московской олимпиадой голубятники выпустили в 

столичное небо сотни тысяч белых голубей - в 

добавок к миллионам серых, которые и так были 

основной птицей московских дворов. Пятнадцать 

лет назад Москва была наполнена голубями, 

сегодня их почти нет. Почему?

   	Мы не знаем. Возможно, так же загадочно 

для птиц исчезновение хиппи, или московских 

старушек, рассыпающих крошки на подоконник.

   	Но исчезновение одних птиц возмещается 

приходом других. Год за годом, начиная с окраин, 

к центру распространяется новая волна голосов. 

Летними ночами они слышны уже в самых малых 

островках зелени на бульварах, в Александровском 

саду. Это соловьи.

   	Москва наполняется соловьями. Откуда идет 

эта волна? Мы не знаем. Они приходят, когда 

наступает новая эпоха. В двадцатые годы 

нынешнего века так же, как голуби, исчезли 

воспетые Пушкиным галки на крестах - и по садам 

запели соловьи. 

   	Птицы, как и люди, по-разному понимают и 

принимают свободу. И умение летать не может 

спасти их от общей городской судьбы.

   	С высоты в несколько сотен метров город 

кажется загадочной машиной, действующей по 

своим законам. Они знают эти законы не хуже 

нас.Каждый день идет борьба за существование, 

борьба и союз с этой продуваемой холодными 

ветрами машиной. Каждую весну они побеждают - 

и по утрам оповещают нас о своей победе. Мы не 

замечаем их присутствия, но если они однажды 

замолчат, мы тоже не сможем здесь жить.

   	

   с.т.

ПРОШЛЫЙ НОМЕР    СЛЕДУЮЩИЙ НОМЕР