Ах, Москва! Ах, друзья! Эх, дом родной, сортир лубяной...
    Начну с этой заплачки, однако, в подражание крюковскому СПСу.
    Война с энтропией закончилась. Чем? - хрен разберешь.
    Мы пали жертвами героев.
    ОВИР не признает наши паспорта, книга перемен дает уроки. Пьяная рабочая неделя венчается трезвыми выходными. Все не как у людей - скажут люди, и что им ответить? Уйдите, козлищи!
    Трезвые мысли не дают уже дважды войти в воду Пироговского водохранилища, но Гераклитом себя не ощущаешь. Скорее... Скорее прочь отсюда, из этого душного города! Но количество душ на квадратный метр делает воздух вязким как кефир, слизанный фиолетовым языком Мавра. Во как обстоит дело: знаешь, чего хочешь - но видишь всю нежелательность своих желаний для других. И не остается ничего иного, кроме как, придав лицу дзенское выражение, скандалить с друзьями по телефону. Иногда по мобильному. "Нет, у меня сегодня опять не получится". Что за фигня: телефоны становятся мобильней тебя. Это отличный способ связи - где бы вы ни находились, но совершенно нерентабелен, если большую часть времени вы находитесь в заднице. Для этого положения должен быть специальный тариф!
    Так ли, иначе - лето уже стало пружиной, сжимать которую дальше нельзя: пойдут трещины. Размеренной жизнью живущие этого как-то избегают, наверное, у них все расписано заранее, зато они не знают и кайфа освобождения. Вчера мне снилось море, позавчера - горы. По логике сегодня должна присниться пустыня - и большой соблазн провести ночь без сна.
    Но ветер, забытый тобой много лет назад на чужой земле, влетает в окно, незаметно наполняя весь объем твоих легких, вытесняя мрачные мысли. Герметичный мир дает трещину. И если кому-то кажется, что через нее уходит жизнь - это бред. Жизнь входит, теми путями, которые ей открыты. Наши тела - оболочки, которые Господь изо всех сил пытается наполнить - а мы пытаемся надуть его, блажа в своей самодостаточности. Мы говорим: ради Тебя, Господи! Мы так страдаем, мы от такого отказываемся... А кто нам сказал, что "Нет" - благодатное слово? Но мы же хорошие люди... Избежавшие соблазнов...
    Галич когда-то пел "Я такой же как и вы, только хуже". Мы же с радостью перефразировали бы: "Мы такие же как все, только лучше". Заметна разница? Потому что быть хуже - чувствовать себя хуже, без оправданий и самоутешений - дорогого стоит. И где они - "такие же", как Галич?
    Но что же это - в патетику потянуло. А у патетики тоже всего четыре стены, и свой способ самоуспокоения. Однако он все равно чем-то милее: может быть, тем, что не такой это надежный способ...
    
    Итак, мы выбираем: Крым, Кавказ... В сущности, совсем не такой убогий выбор - земля куда разнообразней наших фантазий и опасений. Да, верно - всюду мы увидим и почувствуем то, чем станем сами. Землю, волны моря, песок, небо. Непривычные стихии, непривычные запахи. Но ради этого и происходит перемещение, а не для очередной паутины обыденности, наброшенной на глаза. Не для того, чтобы увидеть что-то, что нам и так уже нравится. Потому что, по большому счету, в прошлом нам нравимся только мы сами со своими воспоминаниями. И любой шанс вырваться, прорваться к иному - человеку, месту, идее, дороге - надо бы использовать на 100 процентов. Разорвать замкнутость своего мира.
    Нам не будут сопутствовать благоприятные обстоятельства для начала брода через Великую реку - не стоит понимать Книгу Перемен так буквально. Благоприятен - брод.
    
    С.Т.