Вай, какой безмазовый день! То не получилось, се не написалось. Даже "впечатления" для Периферии. На душе совершенно детское блаженство, наслаждение: фиг вам! По всем правилам должен переживать. Не переживается что-то. И думаешь - а почему, собственно, надо переживать? И приходишь к странным, очень странным выводам.
    Один вывод лежит сверху и тихо подвывает. Воет он, что нынешний человек совсем запутался в долшах-шелках, что от свободы он бежит к чистой совести, а как прибежит, так сразу слезами и соплями ее замарает. И умирает без смысла, и живет до Рождества. Но я этот вывод отодвигаю, чтобы зря не напрашивался, потому что ему сто лет в обед, и неча рассуждать о современном человеке. И иду дальше.
    Дальше лежит вывод молчаливый, и глядит с укором. Мол, ты что! Это же доля такая. Об этом еще Полонский писал. Мол, без внешнего давления трудно человеку справиться с самим собой, со своей свободой разобраться. И как внешнее давление падает, мы, значит, создаем себе его суррогат, заменитель. Объявляем всякие пустяки очень важными. Этот вывод солидный такой, психологический, и его не отбросишь. Поэтому я его осторожно обхожу. Дескать, так-то оно так, да сам не дурак. А если меня давят свои мысли, зачем мне чужие проблемы? И иду дальше.
    А дальше - целый выводок выводов. Щебечут, друг дружку перебивают, сами собой напрашиваются! Один, покрупнее, свистит, что зря я так. Что нужно сохранять равновесие дней своих! Что только в уравновешенном рассудке может возникнуть верная картина мира! Но я у него спрашиваю: а какая - верная? И он отпадает. Прямо на глазах. Другой вывод, похоже, женского полу, и пищит что-то про уверенность в себе, которую нужно пестовать-поддерживать. Ну, тут я просто за себя не ручаюсь! Хорошо, что он ускользающий. Но, может, еще встретимся, не знаешь никогда, ни в чем нельзя быть уверенным. Особенно в выводах. Хотя вел себя он не как вывод, а как повод, честное слово! Третий вывод, кажется, просто решил меня раскрутить как лоха. Он говорит: а зачем ты живешь? А я ему: а ты зачем? Он: нет, я первый спросил! А я: и что с того? А он: значит, это ты должен отвечать! А я: за что? А он: за все! Но я уже понял, что это казуистический вывод, и просто ставлю перед ним зеркало. Пусть упражняется. Авось, получится парадокс.
    Так, ладно, иду дальше. Вроде светлее становится, птички запели. И вдруг - река. Ан это не река, а вывод. И откуда же он вытекает? Нет, еще не видно в темноте. И куда впадает - не видно. А что журчит? Журчит, если прислушаться, одно и то же. "Все напрасно, все напрасно, все напрасно...". Нифига себе! А я уже столько прошел, и вот на тебе такую реку по имени факт. Даже того берега не видно. Но ведь течет! Значит, должен быть и другой берег. Главное, думаю, с этим выводом не спорить. Потому что, во-первых, идиотизм спорить с водным бассейном. Я же не Кир какой-нибудь, два дня не употреблял. А во-вторых, как заспоришь, так втянешься. А в споре, как известно, один подлец, а другой дурак. То есть никакого достоинства не сохранишь. Словом, пошел искать лодку.
    Если что-то ищещь, обязательно найдешь. Хотя не обязательно то, что искал. Лодка не лодка, больше похожа на желтую субмарину. А ведь верно, есть выводы, под которые лучше поднырнуть! Это у реки поверхностное такое журчание, а в глубине все куда насыщенней. Рыбки там всякие плавают, елки лапают, ботинки водных недомерков, плевки-правки, морская трава сама со страха в косяк забивается. Интересно, елы-палы! Во, говорю, какой ты вывод: смысла нету, а кайфа хоть отбавляй. Так его и переплыл.
    Вылезаю на тот берег, а там вообще страх Божий! Не Великим Постом будь сказано, собственная моя квартира. И сидит там какой-то хмырь за компьютером, морда мрачная, пальцами по клавиатуре цокает, на клавишу "ввод" нажимает. Неужели тоже вывод? А он оборачивается, и говорит так задушевно: "ты должен всяко-разно знаешь зачем? Чтобы стать самим собой!". А я ему: "Я и есть само собой! И пусть все идет само собой! И иди ты сам самим собой!". Гляжу на него и думаю: неужели это я и есть? А ведь в таком хорошем настроении парня оставил! Так вот кто, оказывается, сидит и делает все эти выводы, которые я уже заколебался опровергать! Жалко даже его стало.
    Ты что, говорю, делаешь? А он: я впечатления в "Периферию" пишу! Сам же ты этот журнал придумал, когда по кайфу было, а мне теперь расхлебывай! Тогда я говорю: ладно, отвали, поспи, сам напишу. А он: фиг тебе! Я уже почти дописал! А я: ты чего там написал? Небойсь фигню какую-нибудь мрачную?
    В общем, ладно. Не буду вам рассказывать, что между нами дальше было. Это наше личное дело. Кое-как примирились, и слава Богу. Нам же с ним дальше еще жить, квартира у нас одна. Есть такое слово - компромисс. Вот так всегда: шел к выводам, а пришел к какой-то фигне с ушами. Не, безмазовый день.
    
    
    С.Т.