Итак, еще одна зима.
    Мы живем в стабилизирующемся мире, в мире, который перестал крутиться вокруг своей оси и выбрал траекторию движения. Как всегда, она ведет мимо цели. А значит – мимо конца и катастрофы. Рассматривать так историю – глупое занятие, и все-таки очень похожа она на плохо управляемый космический корабль из какой-то древней и дурацкой компьютерной игры. Крутится он, вертится, и миллион усилий надо приложить, чтобы его остановить и направить хоть куда-то, в сторону нужной планеты. И все равно потом нужно будет совершать новый маневр, который опять его непредсказуемо закрутит. Опять и опять.
    Странно...
    Мы вот много десятилетий ждали мировой войны, представляли, какой она будет, а она началась совершенно не так, как ожидалось. Последние события не оставляют никаких сомнений, что эта война уже идет. Точечными уколами, которых становится не с каждым годом, а с каждым месяцем все больше. Терроризм – слишком общее для нее название, мы еще не представляем как ее назвать, мы вообще ни к чему не готовы. Только-только учимся воевать. Не понимаем, кто враг, кто друг. Но на самом деле позиция давно определена, и мир в очередной раз поделен на обиженных и удовлетворенных, на тех, кому есть что терять, и на тех, кому терять нечего. Это неизбежные узлы истории, и неизбежная их развязка. Кто прав, кто виноват? Это не важно. Нам остается лишь защищать тот дом, в котором мы заночевали. Хотя бы за его гостеприимство, за тепло, которое он нам подарил. От века не было и нет других аргументов, чтобы встать на чью-либо сторону, если ты не испытываешь ненависти. Если же ты испытываешь это чувство – ты из другой сказки. И не дай Бог ей стать былью.
    Фукуяма слишком рано похоронил историю. Он не знал, что откроется ее второй фронт, что когда географические границы перестанут быть предметом спора, начнется иной спор. Территория человека простирается не только метрами по земле, она продолжается в виртуальных и информационных пространствах, в экономике, в религиозных спорах. И когда на земле проведены все линии, их продолжают чертить в компьютерах и на небесах.
    История бесконечна. За нее все равно будет литься кровь, все равно она будет трагичной и противоречивой. Даже если люди договорятся обо всем, придется год за годом скреплять этот договор их кровью. Иначе он не имеет силы. И если мы объявляем человеческую жизнь высшей ценностью, наивно полагать, что этой монетой никогда и ни за что не придется расплачиваться. Потому что история требует именно высших ценностей, а не каких-нибудь других.
    Сегодняшний мир как никогда близок к пониманию этой простой мысли. Он до одурения прагматичен – настолько, что в своем прагматизме почти прекрасен. В каком-то смысле он готов к войне. Эта война обещает быть долгой и незаметной. В ней столкнутся не религии, как в средние века, не страны, как в старой истории, и не идеи, как в истории 20-го века. Что-то иное. Два равно отталкивающих полюса: отчаяние и удовлетворенность. Потому в ней будет еще меньше благородства, чем во всех прежних войнах. И все-таки обозначится победитель. Каким бы он ни был, этот победитель, не хочется дожить до его торжества – и эта мысль будет подхлестывать войну. Но однажды она закончится.
    И тогда снова у человечества появится очередной безумный шанс – подобный тому, какой был в шестидесятые годы минувшего века. Плюнуть на все разделения, на все границы на земле и на небесах. Жить в нестабилизированном, крутящемся в бешеном танце мире. Чтобы голова кружилась как звезды над головой. Жаль, что для этого обязательно нужно проливать кровь. Но, похоже, иного история не предлагает.
    Как бы то ни было, в Москве наступает зима. Всего месяц до Нового года. В Америке – день Благодарения и индюшка на столе, в России – первый день светлого Рождественского поста. Это давно нас не разделяет. Мы незаметно переступили столько разделяющих нас границ, что принимаем чужие праздники с добрым чувством. Вряд ли мы когда-нибудь зафиксируем движение истории, поймем, как находим друзей и врагов. Вряд ли мы признаемся себе в ближайшее время, что неумолимая историческая сила подталкивает нас к Европе и Америке. Вряд ли и китайцы скоро признаются, что та же сила подталкивает их к нам. Безнадежное дело ласточке перелетать границы. А все-таки чего не сделает ласточка, то сделает весна.
    
    С.Т.