ПЕРИФЕРИЯ

журнал под редакцией
СЕРГЕЯ ТАШЕВСКОГО

RUSSIANPOEMS.RU

ТЕКСТЫ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ
2008-2016

TEXT +   TEXT -           





КИТАЯНКА

Моя китаянка давно потерялась в жемчужной сети,
Теперь ее не найти, даже под LSD,
Она пила черный ром, призывала шторм,
Чтобы он выпил ее сок, отправил на корм.
Она родилась на китобойной шхуне, это было давно,
Вела дневник с пяти с половиной лет,
С детства знала: берег - это просто кино,
Короче, берега нет.
Она видела сон, что кит проглотил их как рыбку,
Капитан продал корабль дьяволу самому,
На берегу ей было зябко и зыбко,
Она жила с морем и верила ему одному.
Даже когда корабль был и вправду продан,
Она поселилась на плавучем борделе, где взяла каюту в наем,
Готовила девушек, принимала у женщин роды,
Рисовала картины, творила свой новый дом.
Ее истомленные ласками нефритовые девицы
В тонких морских ожерельях, как голоногие подростковые сны,
Ходили по палубе, распевая о бедняках и русалках, факирах и императрицах,
Ни в одном порту не были внимания лишены…
Да, когда она пила ром черней чернила,
Как взбесившаяся обезьяна, призывая шторм на себя,
Даже тот моряк, кого она так опытно и крепко любила,
Предпочитал вырубить ее ударом по челюсти, тоже любя.
Поначалу он, конечно, сквозь зубы уговаривал помолчать красотку,
К чему из глубин звать белого старика,
Шутить как с любовником, приманивать его к лодке,
Он приберет их всех к себе в бороду, не будет ни китаянки, ни лодки, ни моряка…
Грозил моряк Линь, да исчез через год,
Сказали, белый дух дорвался до его агатовых глаз,
Китаянка ждала, когда ее тоже кто-нибудь заберет
На недостоверный берег, зыбкий как порошок или газ…
Дальше она не скажет ни строчки, ее дневник обрывается на…

Каллиграфический почерк кусается и рычит,

Как у безумцев, взывая ко мне.

                                                                2008





***

ады опустели,
серые подошли, берега в плясее,
не говори мне,
что бомба утолит нашу ярость

                                                                2015





ПЕСЕНКА ПОД ЭПИГРАФОМ

                                Allons plus loin encore, à l’extrême bout de la Baltique...
                                 («N`inporte ou mais hors du ce monde» Ch. B.)


не морщи скатерть, детка,
бери скорей пинцет,
зашей карман на брючках
устрой мне хеппи-энд,
не морщи лобик, детка,
гитара на мели,
зови скорей соседей,
пока не замели,
не морщи скатерть, лобик,
и выше нос держи,
поедем с тобой в Гоби,
поедем с тобой в Арктику,
поедем с тобой Южную Африку,
поедем с тобой в Сибирь и на Атлантику,
поедем с тобой в Кабардино-Балкарию,
поедем с тобой в Латгалию,
поедем с тобой Гренландию и Лапландию,
поедем же, поедем, там говорят, есть жизнь!

                                                                                                2016





ПО СЛЕДАМ НОЧНЫХ БЕСЕД

Слезы досады мои, говоришь, неизбежны,
Стареющий Пан тропы до нитки проплакал,
Таем в воде как гетеры на фресках безбрежных,
Меркнут одежды девичьи перед величием мрака.
Точно менады, нарядные духи предплечья,
тонкой иглой нанесенные бледным индусом,
что они вечности? - тушь и людские увечья,
как и созвездья на небе глубокие волчьи укусы…

Телом по телу проложены тайны живого,
ходим кругами под тоннами белого пара,
тело под телом в теле кого-то другого,
в безветрии ямы, в воздухе дикого яра.

                                                                2016





СТРАСТИ ПО АМСТЕЛЮ

На площадь Дам бегут молчальники, анабаптисты вправду голые,
Во всеоружии стоят встречальники блаженным бюргерам управить головы,
Сушить веслом, топить в утопии и заливать по гланды олово,
Не подфартили и не подсиропили, а деффка рыжая дерется здорово,
Мужик с улыбочкой, сам боров ласковый, идет на нож как в царство Божие,
Под лавкой кот шныряет глазками, и лодки вспыхнули в порту с вельможами,
У горожан святоугодники пошли с проклятьями все против всех,
И голозадые бегут на подвиги, всего-то пятеро, какой успех.
Вот бы равнинную, еще бы сытую, еще торговую бы им судьбу,
Висят повинные с башкой пробитою, прибиты намертво кишки к столбу.

Что время- палево, а Бог безмолвие, в сосуде глиняном во мраке гной, -
По плацу Дам туристка полуголая идет и хмурится под коноплей

По плацу Дам туристка полуголая идет и хмурится под коноплей.

                                                                2015





НАБЛЮДАЯ ПОЛЕТ СВЯЩЕННЫХ ПТИЦ

на вульгарной латыни
седовласый старик,
серебряная голова, каменная голова, плачущая голова -
кричит мне:
все стропила на небесах
склеены из наших ключиц

                                                                2014





***

Трут ноги руки кости зубы
на толковище тмущ и тыщ
рожденные в гробах и ступах
летим из недр пепелищ.
Но завещал великий леннон
мечи мечту - твой меч и мяч -
пускай мачьем ее по венам
и хохочи, а хочешь – плачь.
Завьются волосы свободы
и дыбом встанут панкера,
урод обнимется с уродом
и будет счастлив до утра.

                                                                2016





КРЫМСКОЕ

так ли светло в умах
этих постояльцев и бродяг
за одним столом:
вино, сигареты, долгие утра, поздние вечера,

совместность, неуместность, слова – вырубки, зацепки,
сцепки, телесность, пропадание, рачительность языка…
так ли светло в груди
потерянного книгодавца
на его опытной книгодавильне
в виллах, знаете ли, на побережье
такой быт, такой жареный салат!

мокрый купальник философствует на веревочке,
человек в окружении виноградной засухи
и маленьких еще друзей совсем плох,
наверное, скоро ему конец

                                                                2013





* * *

в отцовском саду пил гранатовый сок,
четырехлетний брат на ковре узрел сов
и кричал ошпаренный: бум* летит, зырь!
но в молитвах моих прятался нетопырь
через реку персики плыли гуще встократ,
бадахшанский шофер на базар небогат,
без улыбки твердил, что он - автомат
Калашников, собрал Азраил его, а не кат

вниз по долине - пули и лепестки,
бесконечные пули и лепестки
ныряли в холодные норки реки,
пули и лепестки…

явился святой, собрал всех слепых,
не оставил в долине калек и хромых,
снес щенков по мешкам под бабий вой.
За блокпостом чужая дорога, войной
сыт не будешь…

Служите цементом дворцам,
бетоном и камнем чужим подлецам…
Цементом, бетоном служу, но забыть не смог
нетопыря, слизнувшего с губ моих гранатовый сок

Пули и лепестки,
Пули и лепестки…

                                      *[ бум ] - сова (перс.)
                                                            2016






***

кончают нас в оранжереях
торговка кривозубая мила
нас бальзамирует умело
мы разлагаясь сладко выдыхаем
нас пеленают мы бесстыжи
безвольное всегда бесстыдно
мы тихо движемся без слез и слов
потом мы исчезаем
но хотим сказать

                                                                 2009





НЕВОЗМОЖНАЯ ПЛОЩАДНАЯ МОЯ

…жить наяву не на войне -
тупеть, жиреть, любиться тихо…

«Мати, мати, белая матерь,
танцовщица ушла домой,
Мати, мати, белая матерь, твое полотно с кровяными прожилками вытекло через трещины на асфальте!»

…жить наяву и на войне -
стареть, торчать, держать за бедра…

«Матко, матерь, белая матерь,
площадная девка убежала с повстанцами за угол,
ныне ее отрубленная голова вертится на флагштоке над городами!»

…жить наяву, но на войне
бросать бежать и ненавидеть…

«Матко, матерь, белая матерь,
площадная танцовщица отлетела к радуге, связанная в багажнике, с порванным ртом,
и только твои руки, белая мати, сверкая перстнями, зависли в воздухе над ее веселым привалом!»

...жить наяву не на войне
наверно невозможно,
не…

                                                                2016





ИЗ FB

Здесь каждый явил характер
И рассказал о секшуал харастмент,
И явилась Афродита из пены с фейспалмом Моники Левински:
И подняла корабли ярости и мести,
И все захотели утолить ненависть по несколько раз,
Будь проклят Мазох, улыбка де Сада,
К черту армию любовников и желтую субмарину
К черту самцов с длинными изогнутыми фаллосами,
Не нужны ваши нежные язычки и мускулистые задницы,
Тонкие царапины и засосы, вы виновны, и да вершится суд.
Никто не смеет попрать наше достоинство, нашу благодетельность, наше чистое бабство…
Аминь, я сказала.

                                                                2016





***

Пенсионер второго ранга
Егермейстер Джим - гондон,
Наш хиппан из Джалтаранга,
Прибыл тепленький в Сайгон.
Снейк, смешной и полосатый,
Всех поил, а Джим вопил,
У него зудит в простате
От страпонов и стропил.
Он в рабочий класс не верит,
В блади бынду на стриту,
Отторчалась его Мэри,
Отлетела за черту,
Так последние солдаты,
Рок-н-ролльные сыны,
Приобняв подруг помятых,
Коротают вместе сны.
Под сурдинку вечно даты,
Перетрут, кому звонил
Ангел смерти бородатый,
Вежливый как педофил.

                                                                2016





ОБ ОДНОМ ОРГАЗМЕ

покажи ключи, отпирающие тело тебя,
покажи мне шифры твоих бегущих мурашек,
брось мимоходом пароль, за которым необъятность вдыхания всего ты,
где напряженные хорды кровеносной системы и ее посланников из
         нездешней радуги, все лучистое подвздошье твое, нейроны, что шепчутся
                  в смолистом вакууме и закусывают удила,
будто дети грызут печеньки в сокровенном чуланчике,
где трещат нерожденные еще мысли и сподвижные им извивания языка,
дай дотянутся до твоих бедер,
где с винтовой башни слышатся гимны,
где рисунок пор, маленькие щипучие зеркальца, где дрожание молекул,
         сладострастные молоточки рояля, гремят, и мое сердце
                   наливается острым соком,
ты поворачиваешь ключ,
там ни двери, ни тебя - только ветер в темноте.

                                                                2014





ПРОБОИНА

Вот я в провинции у моря
жила, не раз не два, бывало
на серпантине в поворот входить в спортивном резком стиле,
про секс не буду здесь сейчас, и так все ясно,
что за сучка
неромантичная, вполне - все идеалы удались -
случался в лицах парадиз,
в пампасах зоркий всхлип под Фриппа,
так, провожу по языку шершавому в бегах,
смотри -
все семигорья, семиречья, все виноградные долины,
кому не помню - отдарились, не важно, мертвым иль своим, -
там мальчик с призраком собачьим мороженое просит нежно,
там теневой старик идет за каплей кап костыль нога,
идет ко мне старик с реки,
он все идет, а я сижу,
собака ушки подняла, а он идет - нога костыль,
вокруг темно,
на море штиль,
и ураган идет с озер,
на улице пустая ночь,
старик идет беззвучной тьмой,
все нетерпение мое -
как будто ужас ждал внутри,
чтоб перемножиться впотьмах
с ничейным ужасом чужим

                                                                2016





Как происходит старение молниеносцев?
Пританцовывающим человечком в конце улицы,
исчезновением смычковых из партитур
только низы из подземных сфер, amour blesse`?,
не помню, говорила ли я тебе, моя милая саламандра,
какое вкусное было мороженое в ту ночь - с облачком дыма во рту?
а какое еще будет?
невременным этого не понять.
Всем привет.

                                                                2016





***

Переехал в город антихриста,
где кикиморы на колокольнях дичают четвертую сотню,
шлепают в честь свадеб и похорон
жабьими перепонками по холодным язычкам.

В конце времен всё жил, жил и жил, как все:
у пращуров брал взаймы, молодняку раздавал в долг кулаков.

Видел Милорадовича в шлюпке на облаке,
блаженную Ксению с мужичками у бара на Морской,
слыхал про печального Пушкина с татуировкой нацика через лицо,
играл бронзового кота в объятьях несепаратной феминистки с челкой
         цвета фуксии, с купоросной прядью,
            с апельсиновыми серьгами-бубенчиками.

Скурил призрака матроса на Царицыном лугу,
дышал через трубочку Невку,
спал с немками у Кривуши,
работал у нежновеличавого жида сторожем / рожателем/ книг,
скалился Гекате в зеркальце заднего вида,
умирал вместе с армией рыб
в клювах воскресных чаек,
наряжался в деменции абсентовых оттенков,
исступлённо, скрывая слезы, целовал, целовал будущих покойников и покойниц,
           тщась запомнить все дыхание, каждую вспотевшую пору,
                        каждую трепещущую падь.

Читал лежа на животе,
шептался над светлым болотцем
с эндогенными колониями мотыльков с лицом Мао на брюшке,
женился, работал,
купил мотоцикл,
разбил мотоцикл,
купил выпивку,
распил выпивку в честь наводнения 2024
над треснувшей дамбой,
увидел дверь,
увидел дерево,
дверь и дереводверь, так и не понял,
открыл дерево ключом от старого почтового ящика,
заглянул,
отпрянул,
запер,
припер моноблоком,
шел не оглядываясь до фонарей.

На перекрестке
его уже ждали двое с песьими хвостами, хотели принять почти как родного,
махнул им рукой и ушел в бок,

как испарился.

                                                                2016





ЗОНГ

Шутовство да шумство,
солнца краткий всхлип,
тело - только чувство,
что серьезно влип.
Освежаю голову
мыслью ледяной?
время - вымя полое, -
млеко кровь да гной,
Растопи, истошница,
распиши тоску,
смертную и тощую,
что в моем боку.
Око перекошено,
заблудил чуток,
пошли мне сны хорошие -
лучше на восток.

                                                                2015


 Опубликовано : 04 Март 2017 | Просмотров : 1228

Добавить комментарий
Ваше имя (1 слово, без пробелов) :
Заголовок :

Я надеюсь, что вы не робот и сможете ввести
буквы и цифры, которые нарисованны на картинке справа.

Русские вилы Конкурс экспромтов Пути Никола Тесла Календарь Звуковые фаилы Книги Американская мафия Галерея Юлии Кочуриной КПК для пишущих
џндекс.Њетрика ЕЖЕ-правда Всемирная литафиша
© 2017 www.danneo.com