ПЕРИФЕРИЯ

журнал под редакцией
СЕРГЕЯ ТАШЕВСКОГО

RUSSIANPOEMS.RU

ИЗБРАННОЕ

TEXT +   TEXT -           



Total Recall

из тьмы из чрева метрополитена
ты выползал как червь
направо склад и радиоантенна
налево верфь
за ней громада домны и аорты
печных горнил
у блокпоста обрел проклятье хорды
засеменил

когда-то здесь фламингия летала
цвели поля
а ныне роща черного металла
и бурого угля
суставы переломанных конструкций
слои культур
колосья трансурановых настурций
ребристых арматур

любил людей но знал что канут в лету
и милый образ и чумной погост
сейчас поймать фламингию бы эту
да заглянуть под хвост
зачем марфуша вы смешали жанры
функциональный ряд
теперь ночами коченеют жабры
и щупальца горят

мнемоник пой события и даты
и кесарей последних имена
чу слышен гром то рвется терминатор
сквозь южный терминал
надежда есть что прошкворчит светило
до мартовских календ
фламингия какой здесь был тротила
эквивалент




liberum arbitrium

воротясь домой через года
позабыл чему семья и школа
миновал витые провода
ров расстрельный где черна вода
КПП и рёбра частокола

для порядка флагом по губам
погранец не глядя клацнул визу
ностальжи по ягодам-грибам
а любовь к отеческим гробам
карацупой подползает снизу

чувствам тесно здравствуй отчий край
не поверишь я скучал украдкой
журавлиный клин вороний грай
дастархан и караван сарай
и медведь с гармоникой трёхрядкой

приобресть всё так же можно здесь
по церковным праздникам папайю
авокадо был да вышел весь
и воскликнув боже даждь нам днесь
разорвать посадочный в патайю

должникам прощаем яко мы
божий храм дворец ли он изба ли
искушай незрелые умы
нищих духом от пустой сумы
от тюрьмы телесной нас избави

громоздятся моногорода
сплетены единой пуповиной
здесь югра тыва и кабарда
золото-валютная орда
и москва как девушка невинна

терема растут среди дерьма
конвоиры выглядят матёро
град земной небесная тюрьма
там клубится тьма и дышит тьма
как дыра в грудине гренадёра




Ante bellum

ты помнишь как пылал напалм
в обсидиане
когда мокрец на нас напал
и марсиане
что обнажила ты тогда
и что воспела
когда зернистая вода
в реке кипела

был нам надежды призрак дан
и символ веры
бежать за дон за иордан
за холм венеры
за поле ржи за гаражи
везде чужие
куда бежать 4-G
скажи скажи ей

я был червленым казаком
а после падаль
а ты ласкала языком
хрусталь айпада
я помню как рубил с плеча
колено гада
гори гори моя свеча
моя лампада

когда потрескалась слюда
по-вдоль хайвея
никто из нас не наблюдал
благоговея
как сбросив черные лучи
в листвянник палый
треножник воспылал в ночи
и впрямь трехпалый




dona Magi

диоген переплыл байкал в омулевой бочке
но увидев огни иркутска пошел на север
он решил достигнуть евклидовой крайней точки
и обрушить сервер

только чуть обсох и опять ангара по грудь
у истоков лены в горах повстречал доцента
от него узнал где структуры АО "Росртуть"
строят дата-центр

вправо влево глянь всё графические полигоны
счёт-фактуры реальности выпуклы и слоисты
в кабинетах хрустальные сисадмины-дроны
терракотовые программисты

тешут гостя коленями и локтями
эвенкийские девы раскосые без прелюдий
телеса небес напластованными ломтями
подают на блюде

отрекись подношений ладана смирны злата
будь закрыта хламидой менада или монада
не ведись диоген не своди очей с циферблата
не ведись не надо

затуши фонарь отыщи ярангу из красной ртути
неприметный вход прореха в монтажной пене
тишина внутри и в яслях младенец путин
вот туда тебе диогене




Sententia

время неровно поделенное на отрезки
покрывает старателя золотым песком
колчеданом и кобальтом в репродукторе анне вески
дышит северным морем телом пульсирует виском
молнии блещут и сталь стамески
им отвечает внезапным отблеском

что ваяет ваятель не крест ли
нет скорее подобие пи эр квадрата
так утверждает сидящий в ажурном кресле
тонкий знаток кубизма с лицом кастрата
всё чин по чину шеврон кобура на чресле
камень дрожит в основании зиккурата

говорят что где-то за лобней дымит кальдера
а под городом нашим карстовая каверна
там во мгле живет любовница вице-мэра
боевая гетера пьяная как мадера
помню в детстве я более прочих ценил жюль верна
а еще вольтера

я любитель орально вкушать замшелые их глаголы
городить лупанарий на месте волчьего логова
я простой учитель районной начальной школы
мне к восьми тридцати на работу по хладным глыбам
в среднем ухе шум и шерсть на загривке дыбом
будто в спину уперся взгляд космонавта волкова




Ихтиомахия

длилась ночь но ты ни разу не сменила позы
отступала гроза в воздухе искрил озон
лишь забрезжило внезапно бронзовые стрекозы
зависли образовав над заводью защитный зонт

за горизонтом громоздились влажные глыбы
мертвые не имут сраму казалось мне
я тогда заглянул под воду там две крупные рыбы
плавниками срастались и становились вдвойне

крупней а потом расцеплялись сходились по новой
изгибались подковой будто гимнасты к хвосту головой
как враги как любовники как валет бубновый
трепеща соприкасались линией боковой

целовали жабры шептали используя стиль высокий
я тогда подумал - к чему такая игра
а затем исчезли и на листах осоки
переливаясь дрожала серебристая их икра




Киносеанс на борту «Летучего голландца»

линией конвергенции подобно изношенной бригантине
мы шли незамечены береговым радаром
все это было в старой кинокартине
снятой лукино висконти или жаном люком годаром

или пырьевым гением причинного места
этот бы мог раскрасить любой монохром
хромотой хромакея тем временем с зюйд-зюйд-веста
гроза надвигается сверкают молнии гремит гром

но на берег сей не ступит душа и тело
чтоб усов вомбата вкусить и коал герметик подвздошных сум
заповедна для нас инкогнита эта терра
как сказал бы иосиф инкогнито эрго сум

моя любовница-кинорежиссёр утверждала
синема это танец визуализированных фонем
где ты теперь анастейша
смерть где твоё жало
обесточена радиоточка нет ответа динамик нем




Бустрофедон

Волосы у нее росли как водоросли,
сеятель вспоминал, самокрутку махря.
Вокруг полыхал оазис, вибрировал хор ослиц,
взыскующих Валаама.
В пыльном углу за простенком висела заря,
прекрасная как реклама.

Кто бросил тебя сюда, где свищет дыра градирни,
в это болото слов, не знающих плуга satora?
Пока ты лежишь голышом на вчерашнем дёрне,
ворон глодает кости старого элеватора.

Стоит ли Pater Noster в одежды рядить пандита,
молвил оратай, лицевой расправляя мускул.
Здесь вам не фригидная Афродита,
но Горгона Медуза в броске, в блеске её корпускул.

Вряд ли отыщется в это лицо заглянуть нахала,
разве Персей какой, Елисей или гений места.
Чье колесо космы водорослей перепахало?
Чьего резца эти статуи, бестии из асбеста?

Где, в конце концов, ваши смоквы, оливы, просо?
Где просодий ковчег, оцинкованный ящик?
Кто папиросой сможет выстрелить в рот матросу?
Только курящий.

Я ухожу, я голодный певец колесниц турусов.
Чем ты питаешься, кстати, пастух горгон?
Всякое. Крылья акрид. Словесный мусор.
Лингва. Суржик. Жаргон.


 Опубликовано : 04 Август 2019 | Просмотров : 432

Последние комментарии - 2
Страниц : 1
Владимиртрошин | ИЗБРАННОЕ
08 Август 2019 18:02
Стихи ягодные современные местами жгучие вообще то конгениальные лексикон весьма начитанного но усталого человека пастыря горгон
Владимиртрошин | ИЗБРАННОЕ
08 Август 2019 18:09
Стихи годные современные местами жгучие вообще то конгениальные лексикон весьма начитанного но усталого человека пастыря горгон
Страниц : 1
Добавить комментарий
Ваше имя (1 слово, без пробелов) :
Заголовок :

Я надеюсь, что вы не робот и сможете ввести
буквы и цифры, которые нарисованны на картинке справа.

Русские вилы Конкурс экспромтов Пути Никола Тесла Календарь Звуковые фаилы Книги Американская мафия Галерея Юлии Кочуриной КПК для пишущих
џндекс.Њетрика ЕЖЕ-правда Всемирная литафиша
© 2019 www.danneo.com