Дилан Томас
СТИХОТВОРЕНИЕ И ОТРЫВОК ИЗ ПОЭМЫ
Дети тьмы не получат крылья,
Это мы не получим крылья,
Наши тела раздавлены прахом,
Стиснуты фактами и одеждой,
Как идеальной могилой. Нет
Надежды, когда безумие жизни
Мы называем ее провалом,
А гений просто скользит по нити,
Воздушной нити воображенья,
Делая нас плечом равновесья,
Лишая нашу ходьбу движенья,
И если мы уходим в дорогу -
Так только щебнем ему под ногу.
Поскольку мы обычные люди,
Это мы обычные люди,
Еда и сон, ласка и смех
Сухими глазами, сухими губами.
Бледные мысли владеют нами,
Стаей скучающих паразитов
В запахе пота и сигарет,
Так пахнет наша судьба, вырывая,
Бросая нас в запасники тьмы
Двуспальных и односпальных постелей,
Скрипучих гробов и глухих колыбелей,
И общие мысли вгоняя в умы.
Обычные люди - да, это мы,
Это наш алчный писк раздается из пыли
Под доскою, которой нас придавили.
Дети тьмы не получат крылья,
Это ты не получишь крылья,
Пока стоишь в середине круга,
Пока доверяешь его проклятью
И ждешь очевидных вещей из мрака.
ВСТУПЛЕНИЕ К "БАЛЛАДЕ О ДОЛГОНОГОЙ НАЖИВКЕ"
Они планируют вниз, и берег на час
Чернеет телами птиц, собравшихся в путь,
Последний раз галдящих в кустарниках-волосах,
Глядящих в моря китовый глаз,
Покуда город кидает кости, тщась судьбу обмануть.
Это прощание, знаешь, видишь - уходят вспять
Рыбачии лодки - заякореные в тоске
Стаи голодных птиц, рвущих морскую гладь
В тонких мачт иссушеном тростнике,
Снасти еще скрипят свои словеса вдали
Бастионам причалов, слепой корме корабля.
Плывите к другой земле, оторвите глаз от земли -
Всем говорит земля,
И пьют паруса белый ветер, ветер как молоко
Льющий в густую, отпитую глубину,
Туда, где солнце идет ко дну
жемчужным глотком,
Вырывая из тьмы луну.
Мачты и дым пароходов уносит ветер морей.
Так прости-прощай человек на неверной доске, пока
Золотые рыбьи кишки дрожат на леске твоей,
И ползет тихонько наживка прочь из кулька,
Ибо теперь он обернут в призму воды, во всплеск,
За которым девушка бьется, крючок у нее в губе,
Благо все, что всплывает из моря, несет в крови этот блеск -
Так говорят корабли, растворяясь в морской судьбе.
Так прощайте, печи и трубы, прощай - дома,
Старухи-жены, прядущие в саже нить на покой,
Он ослеп от зрачков свечей, он сошел с ума
В молитвенных окнах, волнах пучины морской.
Перевод С. Ташевского
|
