Андрей Полонский КУДА Я ЕДУ...     1.          Все на свете пустяки, -     сплетни, старые грехи,     лакомства, лекарства,     рай на острие ножа.     смерть на склоне мятежа,     на изгибе фарса.     Знаю, мистик-идиот,     пьет винцо, молитву вьет,     ставит время раком,     чтоб летала рыба ввысь,     чтобы звери обнялись     и охранник плакал.     Я, конечно, по уму,     прекрати - ору ему,     завязалась драка,     бьет меня с оттяжкой он,     увлекается, гондон,     мир спасен, однако...                              2.          ...никакого, милая,     нет у нас смиренья,     заведешь унылое,     расплатишься свирелью,     вот и ходим гордые,     хоть и вне закона,     шепчут: сделай морду хоть     ниже на полтона, -          холуи господские,     те, что не сумели     заработать корм себе     игрою на свирели...                              3.          Что? полцарства за коня?     - экое ухарство,     опустело за три дня     сраное полцарства,     отпусти, хочу домой,     но не маю дома,     пустота за третьей тьмой     хорошо знакома,     тень скользящая из тьмы     кличет и аукает,     знать, виновные не мы     с нашими науками,     кто идет, такой сякой,     стой, побойся бога,     сучковатою клюкой     небеса не трогай,     быстро начало сереть     небо из картона,     но его удержит медь     золотого звона,     видишь церква на холме     и монах у входа,     утонула в третьей тьме     веселая свобода,     ты иди своим путем     и не бей на жалость,     мы когда-нибудь сочтем     все, что сочеталось...     Кто стоит, икая тьмой     и рыгая враками,     в платье с золотой каймой,     нежный и инаковый,     он злодей, прелюбодей     иль небесный конюх,     приказал: бери, владей,     сгинул на иконе.     Пусть его! меня пусти!     экое коварство!     десять тысяч дней пути,     и ворота царства,     там у врат... молчи, гляди,     умытое грехами,     время, то, что впереди,     плачем набухает,     недоимка слезу льет,     как свеча из воска,     щелкнул на небе восход,     золота повозка...                    4.          на зеленом драконе верхом     она просто устала     тосковать ни о ком     как искусно змеиное жало     не священный не трепет не трон     и рука онемела     это старый дракон     у него исключительно твердое тело                              5.          Пусть нас! отпетые и испитые     на полпути, в товарняке,     последние нахлебники России,     наперсники и кустари в грехе...     Нет, пафос невозможен, хор разлажен,     ату! в атаку! ангелы, атас!     а ну же! надо же! пошит костюм из лажи,     мы полагали поначалу, что атлас...     но лаской нас не соблазнишь, и сказкой     не упокоишь... вдоль и поперек     изъедены советскою савраской,     блудливой госпожой проселочных дорог...     закуришь беломор, в кармане рупь с полтиной,     устюг, устюжна, в усмерть, но к чему     спешить вперед, в далекий рай с повинной,     когда все слишком ясно самому...     приятно, что на севере дороги     раскисшие, и дождь пошел с утра,     разбухли сапоги, опухли ноги     и ждет своей поживы мошкара...     а не было б... о чем бы говорили,     садясь в автомашину мерседес,     ты знаешь, джон, вчера я видел билли,     и билли есть пиковый интерес     учиться говорить на суахили...          а здесь - шаг в сторону, и навсегда исчез...                              6.          как Лизка плакала с утра,     Максим ширялся,     мультфильмы, музыка, жара,     без вариантов...     В Китай ушло не больше ста,     в Париж - до тыщи,     приятель райские врата     в Тамбове ищет...     Не ЛСДи, так АКМ,     не пух, так пепел,     предсмертный хрип понятен всем     как детский лепет...     И затянувшись, оглядеть     пространство бреда,     куда я еду песни петь?     куда я еду?                         7.          Хорошо, что пейзажа истерика     нам описывает вполне     дым костра и стенанье холерика,     не погибшего на войне.          Хотя было их - приграничные,     перекатные и ничьи,     и над каждой такой привычные     заливались весной соловьи.          «Так не пишут уже», - как водится.     «Официант, если можно счет».     И заступница Богородица     для желающих что-то еще...                              8          ...сплюнуть желтый чинарик,     ругнуться и растереть,     не хуя, мол, базарить,     коль места не поиметь,     места, где притулиться,     нажраться, наречься в дым,     свидетелем, очевидцем,     оплеванным, не своим     ....................................     ....................................     ....................................     ....................................     куклы досадно курят,     плана опять не хватит,     и слишком картинно тоскует     длинноногая в черном платье     цитата, они состарились,     цистит, заебались ждать,     когда наступит италия     на чухонскую благодать,     вот папа из рима явится     на белом коне поляк,     и нам умирать понравится     на конопляных полях
< >