В холодный весенний день графиня лежала на канапе и курила траву. Ей представлялись дальние леса, закат и большой шершавый... Но полно об этом, - подумала графиня и перевернулась на другой бок. - Становится свежо. Не пора ли закрыть окно?
    С этой мыслью она протянула руку к серебряному колокольчику, и его мелодичный звон разбудил тишину поместья.
    В комнату вошел человек с похмелья.
    - Иван, не угодно ли вам притворить фрамугу? - томным голосом произнесла графиня.
    - Не угодно. - мрачно отвечал Иван.
    Графиня давно уже привыкла к капризам прислуги, привезенной из России. Она лишь вздохнула и перевернулась на старый бок. Иван поклонился и вышел.
    Между тем вечерело. В окно скользнул неуловимый ветерок, несущий запах лаванды с предгорий Альп.
    - Блядь! - подумала вслух графиня.
    В комнату вошла горничная пятнадцати лет.
    - Чего прикажете?
    - Иди в жопу... Ах, нет! Сперва прикрой окно.
    Девица всплеснула руками (в одной из которых был горшок с нечистотами) и, тотчас застыдиышись своего проступка, выбежала вон.
    - Эх, Параша! - с укором вздохнула графиня.
    Из окна веяло мрачной сыростью и холодным запахом ландышей, растущих обычно на могилах иртышей в нижней саксонии.
    - Всего-то и делов - просто закрыть окно, - пробормотала графиня, и, вздрогнув от холода, набрала в рот побольше воздуха.
    - Повар! - закричала она капризным голосом.
    Повар явился в ту же минуту (хотя и ровно час спустя). Он нес в руках блюдо и говорил в нос, делая между словами большие паузы.
    - Как там обед? - спросила графиня, с трудом скрывая раздражение.
    - Обед говно. Готов.
    - Я вижу, друг, вы простужены. Не лучше ли будет закрыть окно? - хитро прищурилась на повара графиня.
    - Не лучше. Здесь воняет. Парашей. - ответил повар. Для большей убедительности он шумно втянул воздух носом, высморкался на пол и ушел.
    Графиня вскочила, готовая заломить руки - но в комнате не было никого, кроме нее...