Случай следует за случаем, уже не углядишь что сначала что потом. Концы с концами не сходятся (разве что у голубых - но здесь не случай а правило!). Мы же на этой странице совершенно случайно оказались, довольно-таки случайно себя чувствуем, и сейчас случайно ее покинем. Никаких правил.
    НО ПРЕЖДЕ!
    Посмотрим, как случайна жизнь. Убедимся.
    Вот - Америка. Два друга делают воздушный шар из женских лифчиков. Художники они - вот и делают. Пусть идея чудовищная, и сколько баб на это ушло - страшно подумать, но все-таки идея, не так ли? Однако на очередной раздетой женщине друзья ссорятся. И расходятся. Разбегаются. И начинают делать два шара (что в контексте природных особенностей мужских гениталий куда логичней). Теперь встает... Что встает, если под тобой Америка? Верно: вопрос авторских прав. И начинается суд. И идет суд. Встать! И гремит суд на всю Америку из-за двух шаров, покрытых лифчиками сплошь по периметру. 2 пи R в кубе. Характерный случай для современного искусства.
    А вот - случай, касающийся широкого распространения нравственности. И тоже судебный прецедент. В Италии (не где-нибудь - на родине Данте!) пятнадцатилетний мальчик подал в суд на отца за то, что тот курил в его присутствии. И тем самым вынуждал его к пассивному курению. (Кстати, курил ли Данте? И в каком круге ада видел курильшиков, если сам не курил? Вопрос вопросов. Песнь песней.) Поскольку ущерб нанесен только моральный, денег мальчик и его мама хотят совсем немного: каких-то пятьсот тысяч долларов. Дескать, просили-просили не курить в квартире, а тот не слушался. В результате женушка подала на развод, а отпрыск в суд. Во как надо! И ведь отсудят, сволочи... Такая вот бытовуха.
    Но что долго говорить о характерных случаях? Правила подтверждают исключения. Даже в Америке - жил был такой тип, исключительный - Энди Уорхол. Он хотя тоже мог бы обклеивать воздушные шары лифчиками, всегда делал что-то более любопытное. И, главное, в суд за лифчики никогда не подавал. Потому что был у него телефон, вроде нашей кремлевской связи, по которому можно было в любой момент выйти на прямой провод с Богом. Зачем при таком достижении еще какой-то земной суд? Сними трубку и позвони куда надо. Было бы что сказать. Но сам Уорхол этим телефоном никогда не пользовался. Потому что Бог и так все видит и знает. Что ему скажешь? О погоде поговорить? Но это же не цель. Скандал устроить? Пожаловаться? Тоже как-то глупо. Тем более - по телефону. Поэтому Уорхол так никогда по этому телефону и не позвонил, а потом вообще подарил его Джиму Моррисону. А Джим к этому моменту уже в телефоне не нуждался, и подарил его какому-то нищему из подворотни. А нищий сразу снял трубку и стал разговаривать с Богом о своих проблемах. А Бог из вежливости стал его слушать. И с тех пор у Бога всегда занято, и ему некогда все знать и все видеть, потому что постоянные звонки. Богу жалуются на друга, укравшего идею воздушного шара из лифчиков. Богу жалуются на мужа, который курит в комнате. А всюду локальные войны и прочие неприятности, хорошие люди умирают, плохие богатеют, и повальное расхищение добра и таланта, а телефон разрывается от глупых звонков. Вот такой печальный случай. И началось все с Уорхола.
     Но Америка Энди Уорхола проглядела. Во все глаза. А мы - нет, не проглядели, хотя и поздно. И потому с 28 мая по 2 июня во всех сколь-нибудь злачных местах Москвы идет неделя его памяти. Нужно ли это самому Уорхолу - большой вопрос, если учесть, что он умер. Но учитывать это совершенно не обязательно. Вообще, не всегда стоит брать в расчет смерть. Если, конечно, это не орудийный расчет - там от нее масса пользы. В остальном - одни хлопоты. Так что бегите пока не поздно (а если вы читаете эти строки и "Периферия" вышла в свет - значит наверняка уже поздно) в центр "ДОМ". Правда, может быть так, что бежать вам далековато. Если, например, вы в той же самой Америке. Но ничего страшного - у нас разница в восемь часов по времени. Всегда есть шанс. Был бы случай!
    На этой случайной ноте и хотелось бы закончить. Что помешает?
    
    С.Т.