ЛЕГЕНДЫ ХХ ВЕКА: "ОТКРЫТОЕ ОБЩЕСТВО И ЕГО ВРАГИ".
(Карл Поппер: 1902-1994).
Кризис европейских идей нового времени, обозначившийся с
предельной ясностью в ХХ столетии, может быть описан достаточно
просто. Рухнула надежная и укрепленная в истории концепция
поступательного развития. На протяжении нескольких поколений
люди были убеждены: их дети будут жить лучше, чем они, все
испытания выпали на долю отцов, но отцы заработали счастье для
сыновей. Традиционное монархическое государство отступило перед
натиском страсти к преобразованиям, но революции и реформы
никак не хотели оправдывать ожиданий. Фашизм и коммунизм-
грандиозные утопии уходящего столетия, в какой-то степени стали
истерикой, хаотическим ответом на вызов разочарования. Они, пока
не победили, оставались интересными, многообещающими,- в
отличие от пресной текучки равнинной жизни. Христианский взгляд
на историю,- Леонтьев все-таки прав,- в глубине пессимистичен.
Исторический оптимизм, с окончательной ясностью выраженный у
Гегеля, оказался опасен перспективой краха иллюзий. Политическая
философия либерализма выглядела пошлой, она не давала
грандиозных перспектив- всем, только кое-какие сиюминутные
выгоды- каждому. По сравнению с аристократической эпохой время
буржуазной цивилизации казалось упадком любому эстету.
Капитализм, ворвавшийся в историю как торжество естественного
течения вещей (замена внеэкономического принуждения на
экономическое и т.п.), почти никому не виделся привлекательным
именно оттого, что рассчитывал на обычные, срединные качества
человека, отнюдь не на высокие порывы и горние откровения.
Либерализм, как modus vivendi горожан, долгое время не мог
противостоять тоталитарным доктринам именно в силу своей
естественности, гуманизма. Человеку скучно быть только человеком,
всякая душа- христианка, мы созданы по образу и подобию. Однако
выяснилось: если качественные начала воплощались в социальную
практику, все сводилось к царству грубой вкусовщины,
авторитаризму и террору.
Не случайно мировоззренчески надежную и интеллектуально
привлекательную либеральную модель удалось создать только тогда,
когда на опыте двух крупнейших европейских государств- Германии
(период Веймарской республики) и России (период 1905-1917 гг.)
выявилась уязвимость демократии и ее традиционных политических
решений. Понадобились десятилетия торжества радикальных
идеологий, чтобы обосновать невозможность и опасность всякой
окончательной идеологии, любой ценности, внеположенной по
отношению к отдельному человеку.
Единственная в своем роде фундаментальная (то есть основанная
на логически развернутом представлении о человеке и его
возможностях в мире), но не фундаменталистская (то есть не
отталкивающаяся от внешнего базового принципа) политическая
философия получила название концепции "открытого общества". Ее
разработал Карл Поппер, австрийский еврей, чья судьба в известной
степени может быть прочитана как отражение истории ХХ века.
Карл Поппер родился в Вене в 1902 году. Изучал философию в
Венском университете. В юности увлекался психологией и музыкой,
работал в службе помощи подросткам при клинике знаменитого
психоаналитика Альфреда Адлера. В 1928 году Поппер защитил
диссертацию "К вопросу о психологии мышления" под руководством
другого известного психолога Карла Бюлера. После этого он
несколько лет преподавал математику в начальной и средней школе.
Опыт преподавательской деятельности не пропал втуне: Поппер
написал несколько статей об аксиоматике в геометрии и опубликовал
работу "Логика и рост научного знания".
После присоединения Австрии к Рейху ученый, будучи по
происхождению евреем, вынужден был эмигрировать в Новую
Зеландию. Здесь он работал в Кентеберийском университетском
колледже и написал свои основные книги: "Нищета историцизма" и
"Открытое общество и его враги" (симптоматично, что
опубликованы они лишь в 1945 году). Уже известный своими
трудами философ был в 1946 году приглашен в Лондонскую школу
экономики. Он переехал в Англию, где жил до самой смерти ( 1994
г. ). Из поздних работ Поппера наиболее интересны: "Личность и ее
мозг" (совместно с Дж.Эклсом, 1977 г.), Автобиография" (1974 г.) и
"Ответ моим критикам" (1974 г.).
ОДНА ИЗ ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ ЗАСЛУГ ПОППЕРА состоит в
обосновании особой техники мышления. Эта техника строится на
следующих принципах:
1. Индукции (возведения от частного к общему) не существует.
Индукция перечисления- вообще рутина и банальность: из
множества белых лебедей еще не следует, что все лебеди белые. Из
множества русских воров еще не следует, что все русские вороваты.
Индукция отвержения (отвергая ложные теории, можно найти одну
истинную), также непродуктивна. Число отвергаемых теорий
бесконечно, перечислением можно заниматься до скончания века.
Истины через индукцию найти невозможно. Поппер писал: "Тот
факт, что для каждой проблемы существует бесконечное множество
логически возможных решений, имеет ключевое значение для науки
вообще, поэтому научные приключения и напоминают азартную
игру. Там, где рутина, не может быть науки. Рискованные идеи и
воображение в ней необходимы, как, разумеется, и суровый
контроль."
Вопрос об индукции в интерпретации Поппера блестяще проясняет
Бертран Рассел: "Один индюк заметил, что, едва он поселился на
уютной ферме, корм стали давать ровно в девять часов утра. Как
хороший индуктивист, он не поленился просчитать множество
разных обстоятельств: в среду и в пятницу, в жару и в холод, в
ненастье и в ведро час кормежки оставался постоянным. Однако
вывод: "Меня всегда кормят в девять утра" опровергли в день
сочельника, когда важную птицу, ожидавшую завтрака, отнесли
поварам."
2. Если не допустимы произвольные обобщения, не менее порочен
и так называемый "беспристрастный анализ". Разум- не tabula rasa.
Ум, очищенный от предрассудков, будет пустым, а не девственным.
Даже животное рождается со множеством подсознательных
ожиданий, что соответствует своего рода гипотетическому знанию.
Однако врожденным предпосылкам нельзя доверяться: утрата
иллюзий порождает проблемы, ведущие к росту знаний через
поправку и изменение предыдущих сведений.
Человек- создание сложное и ясное далеко не до конца. Отнюдь не
одни правильные размышления или эксперименты ведут к
открытиям. Мифы, метафизические конструкции, сны,
галлюцинации могут также провоцировать их. Однако они должны
быть контролируемыми и обоснованными, подтверждаться фактами.
3. Исходя из критики традиционного синтетического и
аналитического мышления, Поппер предлагает новый критерий
познания, который он именует "критерием фальсифицируемости".
Теория лишь тогда научна и рациональна, когда она может быть
фальсифицируема. Между верификацией (подтверждением) и
фальсификацией существует явная ассиметрия. Миллиарды
подтверждений не способны увековечить теорию. Одно
опровержение- и теория подорвана. Пример: "Куски дерева не тонут
в воде" - "Этот кусок эбенового дерева не держится на воде".
Карл Поппер любил повторять знаменитое высказывание
О.Уальда: "Опыт- это имя, которое мы даем собственным ошибкам".
Все должно быть испытано фальсификацией. Таким образом
утверждался провокационным подход к реальности, то есть автор
теории открытого общества в целом бы одобрил действия русских
мужичков из знаменитого анекдота про японскую
деревообрабатывающую технику.
"На сибирскую лесопилку привезли японскую машину. Мужики
почесали затылок и засунули в нее огромную сосну. Машина
поерзала, поерзала и выдала великолепные доски. "М-да",- сказали
мужички. И засунули толщенную ель со всеми ветками и иголками.
Машина снова поерзала, поерзала и выдала доски. "М-да",- уже с
уважением сказали мужички. И вдруг видят: какой-то бедолага несет
рельсу. Рельсу с восторгом засунули в механизм. Механизм
вздохнул, чихнул и сломался. "М-да",- с удовлетворением
проговорили работники и взялись за свои топоры-пилы.
Поппер бы заметил, что не может быть такой машины, которая
ВСЕ превращает в доски. Может быть только такая машина, которая
превращает в доски КОЕ-ЧТО.
Логическая модель Поппера предполагает новую концепцию
развития. Необходимо отказаться от поиска идеала, окончательно
верного решения,- и искать оптимальное, удовлетворительное
решение.
"Новая теория не только выясняет, что удалось предшественнику,
но и его поиски и провалы...Фальсификация, критицизм,
обоснованный протест, инакомыслие ведут к обогащению проблем."
Не вводя гипотез с кондачка, мы спрашиваем себя, почему
предыдущая теория рухнула. В ответ должна появиться новая версия,
лучшая теория. "Однако,- подчеркивал Поппер,- нет никаких
гарантий прогресса".
Открытое общество,- в интерпретации Поппера,- это не просто
социум, способный к диалогу с любым другим социумом, но это
прежде всего сообщество людей, готовых ко всякому вызову,
открытых будущему. Предначертанных и окончательно понятых
законов, рока, осознанной необходимости,- в социальной жизни нет.
Есть только живая воля отдельных людей, теории и гипотезы.
Человек, живущий во времени, всегда находится в состоянии
неопределенности. Развитие науки знает сотни неожиданных
сюрпризов, серьезно ограничивающих саму возможность
прогнозирования. Все версии законов социального развития,-
указывал автор концепции "открытого общества",- основаны на
скандальной методологической ошибке, смешивающей закон и
тенденцию. В частности во всех гуманитарных и во многих
естественнонаучных курсах мы рассказываем детям о тенденциях
(причем отнюдь не всегда исчерпывающе интерпретируем их), но
выдаем эти тенденции за законы, правила и т.п. "У истории нет
иного смысла, нежели тот, который мы приписываем ей сами",-
заключает Карл Поппер.
Историцизм и диалектика- философия закрытого общества.
Открытое общество основывается на мощном критическом разуме,
где не просто терпят, а всячески стимулируют инакомыслие,
интеллектуальную свободу индивидов и социальных групп.
Очень существенно, что Поппер, постулируя свою концепцию
оптимального общественного устройства, отнюдь не всегда
выступает как сторонник техники безопасности, постепенных и
аккуратных реформ (и синтез и анализ не могут считаться идеальной
моделью мышления). В отличие от большинства либеральных
мыслителей Поппер не скучен, он способен понять и оценить
романтический порыв к свободе. "Я не во всем и не всегда против
насильственной революции. Вместе с христианскими мыслителями
средневековья и возрождения я готов оправдать тираноубийство,
когда насильственный переворот не имеет альтернативы. Однако я
думаю, что любая революция имеет смысл, если ставит целью
восстановление демократии, но не в расхожем смысле ("правление
народа или власть большинства"), а тогда, когда социальные
институты (особенно всеобщие выборы, право народа сместить
правительство) реализуют общественый контроль за действием
управленческих структур и ненасильственные реформы.
Определение демократии в рамках концепции "открытого
общества" несколько отличается от привычного для других
либеральных моделей. Демократию,- подчеркивал Поппер,- нельзя
характеризовать как правление большинства, даже принимая во
внимание важность всеобщих выборов. В самом деле, большинство
тех, кто не вышел ростом за 185 см. вполне могут порешить, что
налоги сподручнее возложить на тех немногих, кто уродился выше.
Избежать подобной карикатуры может общество, где действия
властей реально ограничены правом сместить их без кровопролития.
Следовательно, если власть придержащие не признают институтов,
гарантирующих меньшинству возможности проводить в жизнь
мирные оздоровительные реформы, такой режим определенно
классифицируется как тирания.
Демократия должна уметь себя защитить. Демократическая
конституция исключает только один тип изменений в системе
законов- перемены, подвергающие опасности саму демократию.
Демократия, в целом поддерживающая меньшинство, не
распространяется на тех, кто подстрекает других к насильственному
ниспровержению демократии.
Скрытые антидемократические тенденции всегда находятся не
только в среде управляемых, но в первую очередь ВО ВЛАСТНЫХ
СТРУКТУРАХ. Открытое общество требует открытости власти,
контроля каждого гражданина за действиями правителей. Падение
демократии означает исчезновение ВСЕХ ПРАВ (ярчайший пример
дает история СССР; после Октябрьского переворота не только
политические, но и социально-экономические права, за которых так
ратовали большевики, стали совершенной фикцией ).
Наконец,- и это чрезвычайно важно для современной России,- в
условиях демократического общества каждый поединок становится
решающим, где на кону- сама демократия.
В соответствии со своим "принципом фальсифицируемости"
Поппер счел особенно важным обозначить круг основных
противников политической свободы. На мировоззренческом уровне
таковыми становятся все сторонники "объективной диалектики" и
историцизма, готовые корежить реальность под "идеальные
проекты". Разумеется, в ХХ веке главными врагами "открытого
общества" были коммунизм и фашизм, а в последние десятилетия
еще и исламский фундаментализм. Но наиболее последовательный
противник человеческой свободы,- с точки зрения Карла Поппера,-
греческий философ Платон, теоретик "идеального государства". В
идеальном государстве правитель представляет себя носителем
абсолютной истины. Уничтожаются не только бунтари и смутьяны,
но и поэты, носители всякой смуты. Закрытое идеальное государство
противостоит жизни как таковой, абсолютный дух становится "духом
бесчестия", оскорбляющим мир и человека.
Безусловно, социальная методология теоретика "открытого
общества" не абсолютна. В частности, она с трудом воспринимает
значение "традиций", вообще исторического наследия. Впрочем,
машина, предназначенная для обработки дерева, не всегда способна
обработать металл. Логический метод Карла Поппера принимает
неизбежность границ, за которыми необходим поиск новых решений.
В 70-е гг. Карл Поппер дал такое определение "открытого
общества": "Открытое общество" есть тип социальной организации,
в рамках которого утверждаются и развиваются институты,
СОДЕЙСТВУЮЩИЕ СВОБОДЕ ТЕХ, КТО НЕ ИЩЕТ ВЫГОДЫ".
|
